КУБОК РОССИИ ПО    СПОРТИВНОМУ СКАЛОЛАЗАНИЮ

Один из собеседников включился в беседу, демонстрируя глубокие позна­ния:

—   Если смотреть на изображения Нанга Парбата глазами настоящего аль­пиниста, то северо-восточная его сторона кажется относительно безопасным снеж­но-ледовым склоном, северо-западная же — трудной скально-ледовой стеной. Это все равно что сравнивать обычный маршрут на Монблан из Шамони с крутым подъемом с ледника Бренва. Почему вы выбрали именно эту тяжелую крутую стену?

—   Просто так, — ответил я и встал. Меня больше не трогало, восхищаются мной эти люди или же считают меня су­масшедшим. Через несколько дней я снова буду в пути... 30 июня 1978 года я приехал в мюн­хенский аэропорт с грузом в 20 кг и ручной кладью.

Буль, Димбергер, Шмук и Винтерштел-лер выходили на Броуд-пик с экспеди­ционным грузом, весившим 2000 кг. Ког­да мы с Петером Хабелером поднимались на пик Хидден, у нас было около 200 кг. Теперь я собирался совершить вос­хождение в одиночку с одной десятой этого груза.

Журналисты задавали обычные вопро­сы, но все-таки на этот раз в них чув­ствовалось что-то особенное.

—   Как далеко вы собираетесь зайти в этом вашем новом предприятии?

—   Этого я сейчас сказать не могу. Буду осторожен... В данный момент страха не испытываю.

—   Вы уверены, что вам удастся выпол­нить то, что задумано?

—   Нет, я ведь потерпел неудачу на трех восьмитысячниках. Однако не могу

сказать, что я своими результатами не­доволен.

—   Ощущения,    которые    вы    ищите,  можно   испытать   только   в   альпинизме или в других сферах жизни тоже?      

—   Во всех сферах.